Ластоногие в дельте Северной Двины

[Сережка Виталич]

шубы в моде, а добыча меха нет. Знаю многих охотников, что специализировались на пушнине, сейчас уже не занимаются. А то же был свой рынок и инфраструктура.
Думаю, по тюленю, еще сложнее

[бениан]

Думаю, по тюленю, еще сложнее

Однако Канада,Япония и т.д. продолжают добычу и значит находят рынки сбыта.
Думаю,что Китай прог..поглотит всё,что ни предложи.

[banderas]

Alexandr29RU
Из белька много шуб видишь? Из кролика? Норка и песец ещё берут, и то скорее для статуса.

[водогон]

Но всё восстановимо.

Не соглашусь. Был в 80-х на зверобойке в Нижней Золотице, как прежде уже не будет. В ту пору шкура белька стоила целых 80 рублей! был заключён договор с Казанской меховой фабрикой. Жир тоже собирали и перерабатывали. Тушки авиацией увозили в Ширшу, на звероферму. Был колхоз-миллионер "Северный рыбак", доходов хватало,чтобы расплатиться за аренду двух-трёх (а бывало и более) вертолётов и выплатить достойную зарплату участникам зверобойки. Люди специально отпуска брали для этого и ехали из городов. А на лёд высаживали забойщиков - наиболее подготовленных из числа поморов прибрежных деревень. Забитых бельков вертолёты в сетках доставляли на разделку,это уже рядом с деревней. Шкуры со слоем жира привозили в цех, жир снимался, а шкуры укладывали в огромные деревянные бочки, пересыпая солью. Сейчас только на аренду авиации никаких денег не хватит.

[Alexandr29RU]

Из белька много шуб видишь?

Так поэтому и не вижу, что уже 10 лет как не добывают

Однако Канада,Япония и т.д. продолжают добычу и значит находят рынки сбыта

Тоже так подумалось Эти пройдохи так просто ничего делать не будут

[Igor0404]

что последнее добывали уходило все в Турцию

[uazdriver]

Была у меня в детстве шапка из белька - красивая и крепкая. А добычу зря прекратили. Нужно было перейти на гуманные методы умерщвления животных.

[Соянский]

Бывал я на зверобойке ,зрелище не еще то,,две кожаных лямки на плечах в них по три крючка на веревке , а в руках багор.

[Грузчик]

Елисей, выпалив все патроны, в отчаянии опустился на лед возле убитой им утельги [самка тюленя] и, положив бесполезный теперь уже ремингтон рядом, закрыл лицо руками. Несколько минут он сидел так, раскачиваясь и тихонько охая. Потом поднялся. Прерывисто вздыхая, до боли напрягая зрение, стал всматриваться в бескрайнюю снежную сумеречную муть. Ветер свирепо рвал на нем одежду, леденил лицо, шею, перехватывал дыхание. Колкий снег сек щеки.

Сколько ни смотрел Елисей вдаль, ничего не увидел. Молочно-серый сумрак кругом, грохот ломающихся, стиснутых непогодой льдов и тоскливый, берущий за душу вой ветра. Под ногами — льдина, вздрагивающая от ударов о соседние, зыбкая, словно палуба парусника в шторм. У ног — утельга. Ее уже стало заносить снегом. Елисей снял рукавицу, притронулся к боку утельги и вздрогнул. Холод тюленьей туши неприятно поразил его, хотя в этом не было ничего необычного: прошло время — остыл мертвый зверь.

Елисей подобрал винтовку, подумал: Конец. Пропал… В ушах все еще звенел голос юровщика [старший зверобойной артели на прибрежном тюленьем промысле в Белом море] Анисима: "К лодка-а-а-ам! К лодка-а-а-ам! Скорее, братцы!"

Не послушался Елисей, в охотничьем азарте притаился за ропаком, целясь в зверя. Не успел освежевать его — ударил снежный заряд. И льдина обломилась. Кинулся Елисей к товарищам, но поздно: перед ним чернела злая вода. Вплавь? Не выбраться на лед. Лодка? Осталась там, вдалеке… Неужели не помогут? — растерянно метался на обломке льдины Елисей.

Но и сам знал — помочь при такой заварухе нелегко. Разводье ширилось, отливным течением и ветром его относило неведомо куда. Время позднее, свет таял, как снег в горячей ладони…

Из книги Богданова Е.Ф. "Поморы".